The Kiev Times - ежемесячная аналитическая газета и новостной сайт

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото)

25 июля 2015, 11:43
0
Версия для печати Отправить
Греция

Корреспондент «Сноба» побывала в Мессении — юго-западной области полуострова Пелопоннес, где спустилась в сам Ад и поняла, почему Греции не страшен никакой кризис

Сегодня все смотрят на драму Греции, которая сначала сказала свое гордое «нет» Евросоюзу, а затем поменяла решение и полностью выплатила МВФ свой долг. Вновь заработали банки, но граждане могут снимать пока не более 60 евро в день. На первых полосах газет — фотографии толп людей с печальными глазами, сжимающих в руках сине-белые флаги. Перед моими глазами стоит совсем другая картина Греции: на ней совсем нет людей, зато есть седая гора, над которой, словно нимб, развернулась двойная радуга. За горой — темно-синяя стена ливня, за ней скрылись остальные пики хребта. И от этой движущейся стены, норовящей поглотить гору с радужным нимбом, я несусь прочь по серпантину. Вдоль дороги танцуют на солнце золотистые султанчики трав, словно не подозревая, что через минуту их сломает гроза, и сквозь золото злаков пробиваются крапинки ляпис-лазури — Ионическое море. Мы с моим коллегой мчимся в Каламату — город, о котором скудно написано в туристических справочниках по Греции, зато в гастрономических книгах этому топониму слагают оды.

Оливки и сон о революции

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Оливки Каламата куда более известны, чем город, именем которого они названы. Этот сорт — один из самых изысканных. Бордовые плоды имеют каплевидную форму, невероятно нежную и жирную мякоть — если придавить оливку языком к небу, косточка буквально выскальзывает из нее. Каламата, столица Мессении и второй по величине город полуострова Пелопоннес, погружен в дрему, несмотря на наличие порта и аэропорта. Мы с Макеевым оказались здесь нечаянно — Пашины друзья из туркомпании Ambotis пригласили нас позагорать и поплавать.

Что ж, я терпеть не могу пляжный отдых, потому решила и коллеге не дать валяться в шезлонге. «Давай куда-нибудь удерем отсюда и будем вести дикий дневник!» — пихала я его в бок, пока нас доставляли в гостиницу. «Ага. День первый. Наши тела доставлены в отель “Мэриголд” — лучший из экзотических», — усмехнулся Паша. Действительно, постояльцам отеля Grecotel Filoxenia, напоминающего советский дом культуры, оказалось в основном от 60 до 80 лет, как и в киношном «Мэриголде» — сухощавые английские леди, послушно машущие руками в бассейне под вопли тренера по аквааэробике, и их круглые мужья, которые либо спят на лежаках, либо плавают на спине вдоль берега туда-сюда, развивая огромную скорость — кажется, они и на плаву не просыпаются. В Каламату приезжают плавать, есть и спать.

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Главная достопримечательность города — море, до которого даже из центра города можно дойти за полчаса, и плодородные земли, в которых что ни растет, то прославляет здешний край на весь мир. Это не только оливки, но и виноград, из которого помимо интересного вина гонят выдающийся ципро, пахнущий, как винтажные духи (лучший — у марки Tsilili), и табак, и официально запрещенные растения, которые, по словам аборигенов, высоко ценятся туристами из Ливана. Впрочем, если вам после сытного обеда и хорошего заплыва захочется посмотреть на древности, можно отъехать от города на 20 километров и посетить раскопки Древней Мессении. Откапывать начали совсем недавно, поэтому место еще не настолько кишит туристами, как родина Олимпиады, местечко Олимпия с величавыми развалинами святилища Зевса.

Каламата лишена обаяния типичных старинных местечек Греции — сначала ее практически сравняли с землей во время войны с Османской империей за независимость, а в 1986 году все трогательные белые мазанки под черепицей обрушились из-за сильного землетрясения. Город отстроили в типичном средиземноморском курортном стиле, как будто побоявшись повторения катастроф. Зато из той старины, что выдержала удар стихии, остался храм Святых Апостолов, который помнит, возможно, еще четвертый крестовый поход — ему более девятисот лет. В этой крошечной церквушке из серого камня с непривычными черепичными куполами, напоминающими черепашьи панцири, будущие греческие революционеры Папафлесас, Калокотронис, Никитарас и Мавромихалис дали друг другу священную клятву перерезать всех турков, занимавших Каламату до 20-х годов XIX века. Из искры революции разгорелось пламя на всю страну. Вскоре после завершения войны за независимость 1821–1832 годов уставший город задремал под шелест оливковых крон, кроме которых здесь больше ничего нет.

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

А больше ничего и не надо. Попробовав знаменитое мессенийское масло один раз, мы готовы были поливать им все, даже пирожные: совсем без горчинки, даже сладковатое, оно имеет насыщенный аромат свежесрезанной зелени с нотками мякоти недозревшего персика — настоящее чудо. Местный водитель микроавтобуса рассказал, что у локальных предпринимателей масло скупают итальянцы, разводят, понижая кислотность, и продают.

В центре Каламаты нужно устроить набеги на все крошечные лавочки за всеми остальными гастрономическими достопримечательностями, особенно за овечьим сыром талагани, который принято есть жареным, и свининой пасто, копченной на апельсиновых опилках. Лениво шаркая сланцами от двери до двери и обрастая пакетами с едой, мы набрели на продавца моделей кораблей и оцепенели. «Илиада», песнь вторая: на пыльной лестнице супермаркета из стекла и бетона блестят лакированными боками суда из Аргоса и Аркадии, Афин и Локриды, Итаки и Эпира, Крита и Лакедемона, Микен, Родоса… Остатками флота, который вышел за царем Агамемноном, была забита под завязку грязная белая машинка размером с нашу «Оку». В этом кадре была вся Греция, которая казалась нам миром титанов, богов и героев, когда мы были детьми, а ныне — кряхтящей «Окой» с Ципрасом за рулем.

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Непременный элемент пейзажей Западной Мессении — крепостные стены. Перечислить ратные подвиги, свершившиеся у каждой крепости, невозможно: крепости переходили из рук в руки разных захватчиков — франков, генуэзцев, венецианцев, турков, и хорошо, если хозяевам удавалось удержаться внутри крепостных стен хотя бы сто лет. В городе-крепости Метони остались следы жизни каждых хозяев: кое-где стоят изящные колонны венецианских правителей, из травы высотой почти в человеческий рост выглядывают круглые крыши турецких бань и ржавые дула пушек, которые, поди, сами не помнят, кто кого из них обстреливал. «Око Венеции», как назывался некогда величавый Метони, покрылось старческими бельмами, не способное больше сфокусироваться на линии горизонта, откуда приходили непрошеные гости. Город-крепость превратился в город-пляж, вокруг которого в тавернах нажаривают свежевыловленных тунцов и осьминогов — запах с кухонь способен сломить чей угодно боевой дух.

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Из Метони мы двинули на машине в соседний Пилос в надежде на то, что нам хватит энтузиазма вскарабкаться на возвышение, с которого средневековая крепость Палеокастро сурово взирает своими бойницами на бухту Наварино. Наварино-Наверин, лакомый кусочек для каждого чужака, словно созданный для регулярного затопления кораблей, стало именем собственным для нескольких водных битв, боев и сражений (так их и различают: бой был в XVIII веке, а сражение — в XIX). Мы решили непременно сделать крюк на водопады Полилимнио и стали свидетелями волшебства: под некоторыми порогами водопадов благодаря игре света и тени и известковой взвеси в воде ручейки светились голубым светом. Разумеется, нам сразу захотелось окунуться. Нашли неглубокое с виду место и, не успев зайти в воду, вылетели пулей: обжигающий холод! На самом деле, предупреждения на водопадах запрещают купаться, потому что из-за непрозрачности ярко-бирюзовой светящейся воды под порогами не видно дна.

Крепость Палеокастро нас не дождалась — полюбовались ей издалека, сидя на песке с бутылкой купленного у местной бабульки домашнего вина. Не жаль: куда большее удовольствие, чем ползание по склону ради очередного поклонения камням, доставляет поездка по серпантину среди холмов, ощетинившихся рощами невероятно скрученных узловатых олив, которые напоминают древних согбенных старух. Лишь иногда этот суровый пейзаж смягчает редкая вилла того или иного хозяина холма или деревушка — белые или желтоватые кубики домов, рассыпанные по долине. Среднее оливковое дерево живет от трехсот до двух тысяч лет. Сколько Ципрасов оно может пережить, сколько дефолтов и сколько смен национальной валюты? Некоторые из деревьев, растущих на этих холмах, помнят, как римляне уступили туркам-османам, как после изгнания турков в начале XIX века страна вдруг стала формально принадлежать невозможно красивому семнадцатилетнему юноше из династии Виттельсбахов — первому королю. Помнят и День Охи, и закат монархии. Помнят и молчат, и каждый год роняют свои плоды на растянутые сетки, индифферентные к тому, чья рука присвоит их себе. Наверное, в этом секрет Греции: как только она потихоньку уйдет со страниц международной панорамы, она опять превратится в древнее царство, каждый житель которого произошел от Геракла, от царя Нестора или от самого Посейдона.

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Последняя крепость, куда нас с Пашей занесло, находится в городе Корони. И крепость эта управляется тремя старушками: на стенах, построенных по всем правилам фортификации, стоит маленький женский монастырь Иоанна Предтечи. Ворота словно на вырост, цветущий всеми красками садик да крошечная церковь под тремя белыми луковичками куполов — вот и весь монастырь. К нам навстречу вышла сухонькая матушка в сером, с серыми же волосами и птичьими глазами, оставив рисование миниатюр на морских камнях. Пока она о чем-то долго-долго и быстро говорила с нашим водителем, мы изучали святых на церковных фресках. Ряды знакомо-незнакомых лиц, писанных в византийском стиле, тронули бы любого русского, будь он хоть самым радикальным толстовцем или атеистом. Потому что именно этим лицам принадлежат все имена, которыми нас, видящих мир еще вверх ногами, нарекли, вынимая из купели. Многие и не знают тех странных имен. Я решила обрадовать отца и привезти ему икону Богородицы, написанную на увесистом плоском камне одной из трех старушек — через день он прямо при мне над ней заплачет. На выходе монахиня догнала нас и всунула нам банку абрикосового варенья: «Приходите, ребята, приходите!»

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Пока мы спускались из монастыря к набережной, на наших глазах сгустились тучи и в одну секунду, без первых предупредительных капель, нас накрыл ливень. Потоки воды неслись по каменным ступеням, хозяева белых домиков позакрывали разноцветные ставни. Главную площадь Корони, которую можно пересечь десятью размашистыми шагами, украшает памятник средиземноморской диете, внесенной в реестр Всемирного наследия ЮНЕСКО. Табличка со списком типичных для нее продуктов окружена флагами стран, омываемых Средиземным морем. Что ж, намотав на ус содержимое таблички, мы отправились пережидать потоп в ближайший ресторан. Его хозяин пригласил нас на кухню, где, разломив ледяную корку, покрывающую улов дня, вытащил по нашему указанию несколько красных большеголовых рыбин и приказал зажарить их сию секунду. Не успели мы сгрызть последний хвостик, как свинцовые тучи растворились, и солнце начало палить, словно и не было ливня.

Дорога в Ад и обратно

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

За день до вылета управляющий отеля предложил нам бесплатную экскурсию в Афины. По гениальности это предложение можно сравнить только с намерением во время тура Валаам — Кижи — Соловки махнуть на денек в Москву. «О боже, — закатил глаза наш знакомый официант, когда мы рассказали ему, — двигайте лучше в пещеру Диру. Автобусы из Каламаты до Ареополиса, где пещера, ходят каждый час. Часа полтора туда ехать на автомобиле, значит, на автобусе доедете за два». Всяко лучше, чем полдня трястись до Афин и полдня обратно, подумали мы, и не спеша потрусили на автобусную станцию. Пещера Диру — мрачное чудо природы. Ее образ, по некоторым версиям, породил мифы о царстве Аида, повелителя мертвых. Если честно, в Грецию можно ехать только ради нее одной, и если вы за всю поездку не увидите ничего, кроме Диру, впечатлений вам хватит.

Дорога в Ад и обратно, несмотря на уверения официанта, далась нам нелегко. На подъезде к Ареополису в автобусе остались только мы и пара рюкзачников из Польши. Высадив нас на площадь пустого города, сонный водитель, почесывая зад, поплелся в таверну — началась сиеста. На вопрос о расписании автобусов обратно до Каламаты одна из немногих неспавших, рыжая посудомойка из занюханной кафешки, растягивая зевотой гласные, ответила: «Автобус завтра утром». Ой-ей. Меж тем Google Maps показал, что до самой пещеры было еще полтора часа пешего хода. Единственный работавший в это время таксист, набриолиненный верзила, сверкающий золотыми украшениями, запросил с нас 15 евро за десять минут езды. На наши возражения он ответил: «Либо я, либо никто. Все спят». Ну ладно. На подъезде к пещере я на всякий случай попросила у него телефончик. Он протянул бумажку. «А как вас зовут?» — «Христос».

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

По предварительным подсчетам сотрудницы билетной кассы у пещеры, такси до Каламаты стоило 150 евро. Нас тянуло то смеяться, то треснуть друг друга за преступную халатность, которую мы допустили за семь часов до вылета. Но мы уже были у входа в сам античный Ад и должны были как минимум заглянуть внутрь. Внутри, как и полагалось, нас ждал Харон — молодчик-лодочник с палкой в руке, которой он виртуозно отталкивался от сводов пещеры и толстых сталактитов, обходясь без весел. Путь по подземному озеру составил всего двадцать минут, однако во время путешествия нам показалось, что время остановилось. Подсвеченные софитами галереи сменяли одна другую, показывая самые невероятные образцы несуществующей архитектуры и дизайна: многоярусные «люстры» обрамляли струящиеся складки «занавеса». Идолы неизвестных божеств (а на деле сросшиеся сталагмиты), глядели на застывшие фонтаны и водопады самых разных оттенков. Ряды природных колонн были такими легкими, что, казалось, можно сыграть на них, как на арфе. «Пригните-ка голову», — мы проплывали через комнату инквизитора, с «потолка» которой свешивались бесконечные ряды невероятно тонких и острых белых игл. Цвета пещерных образований удивляли не меньше форм: белый, карамельный, оранжевый, зеленый, голубовато-серый.

Мы плыли словно по воздуху, видя внизу то ли отражение «потолка», то ли дно кристально чистого подземного озера, рисунок которого впечатлял не меньше того, что было над водой. А потом еще минут десять мы шли пешком к выходу среди невероятных рельефов и колонн, тайком и с легким чувством тревоги щупая сталактиты. И вот — бах! — бьет по глазам свет солнца и невыносимая голубизна моря с качающимися на нем лодками размером со стиральные тазы. Мы наконец выдыхаем с восторгом, и тут же все увиденное только что кажется невозможным.

За нами приехал самый дорогой в мире таксист, и под басовитые хохотки сотрудников царства тьмы, умилявшихся нам, автобусным лузерам, мы рванули прочь. В общем, если решитесь сунуться в гости к Аиду, то только на автомобиле. Или на заказном лайнере в составе большой организованной тургруппы. На нашем пути повисло темно-серое облако, урчащее далекими громами, и такое же пристроилось за нами, словно пытаясь отрезать путь к отступлению. На Пелопоннесе есть города, которые называют автомойками: там всегда дождь, в то время как вокруг — зной и раскаленная земля. Одну из таких автомоек мы проехали, и было это весьма захватывающе. Сквозь небольшую щель в едва приоткрытом окне меня обдало брызгами, будто кто-то плеснул мне в лицо из кружки. Водитель напрягся и дал газу. Мы выехали из-под облака, и оно некоторое время преследовало нас, скрывая стеной ливня горный хребет. Когда же мы оторвались, то увидели, как из грозовой тучи, словно финишный флаг, развернулась над огромной седой горой двойная радуга. «Макеев, мне как-то не жалко наших десяти тыщ за такси», — сказала я, глядя на гору. «Вот да», — отозвался Паша, пытаясь сквозь брызги на окне сфотографировать эту картину.

Личный взгляд: почему Греции не страшен никакой кризис (фото), фото - Общество. «The Kiev Times»

Такой в моей памяти и осталась Греция — причудливым спектаклем природы, разыгранным при нелепых обстоятельствах. И что бы ни происходило у людей маленького государства на пороге дефолта, вступающего в конфронтацию с большими боссами в Брюсселе, — среди этих гор, в море и под землей будут все так же гулять древние греческие боги, схлестывая племена, показывая любопытным ездокам чудеса в горах и расширяя Вселенную до тех пор, пока им не наскучит это занятие.

25 июля 2015, 11:43
0
Версия для печати Отправить
«   »
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс

Новости

0:1623:4622:3721:4620:4118:5617:2315:2813:4212:3411:4310:469:378:4323:4622:3721:4620:4118:5616:2314:2912:3411:4310:469:37
Все новости »

Другие рубрики