The Kiev Times - ежемесячная аналитическая газета и новостной сайт

Сергей Каплин: «Советский политикум исчерпал попытки»

28 мая 2014, 20:28
41
Версия для печати Отправить
Сергей Каплин

С политиком Сергеем Каплиным я познакомилась на одной из политических программ, где он схлестнулся с коммунистом Адамом Мартынюком, обсуждая украинскую армию и вступление Украины в НАТО.

Сергей произвел на меня впечатление серьезного, абсолютно нетипичного народного депутата, без апломба, тщеславия и откровенного вранья. Приятно удивил знанием истории, каким-то новым мышлением, без шаблонов, и отсутствием пустой красивой речи. Каплин владеет ситуацией, быстро мыслит и доступно излагает свою позицию.

Сергей Каплин: «Советский политикум исчерпал попытки», фото - Личность. «The Kiev Times»

Начинаю разговор с обсуждения недюжинной охраны на входе здания, в котором расположены парламентские комитеты. На проходной Самооборона Майдана запретила сотрудникам The Kiev Times проносить фотоаппарат. Говорили: нет приказа. И только народный депутат, после личного общения с комендантом, смог это уладить.

— Сергей, что же вас так охраняют?

— Где?

— Что в Верховной Раде, что в здании комитетов…

— Боимся провокаций.

— Так политики и есть самые большие провокаторы!

— Правильно.

— А какие можно вопросы задавать?

— Любые.

Читайте: Психотерапевт: У власти «оранжевые» — лечу «синих», «синие» — «оранжевых»

«Подписывал исторический документ между бизнесом и властью»

— Вы состоите в нескольких общественных организациях и одновременно являетесь депутатом Верховной Рады. Кем себя считаете больше — политиком или общественным деятелем?

— Бессменным кандидатом в депутаты. Я по-настоящему хочу быть представителем простых людей в парламенте, сосредатачивая на этом ключевые усилия.

Происхождение политика из общественного деятеля навсегда откладывает отпечаток на его работе. Это тот человек, который знает, что за ним стоят люди (а я, кроме всего прочего, депутат-мажоритарщик), что за каждый шаг нужно отвечать перед ними и только потом перед лидером партии и руководителем фракции.

— На первой встрече вы произвели на меня впечатление, сказав о коррупции: «В этом бардаке я не участвовал». При этом вы были советником Виктора Ющенко…

— Да вы что! Не был.

— Информация в Интернете ложная?

— Расскажу о себе. По призванию я все-таки политик. Успешно занимался бизнесом, созданием рабочих мест и технологий. Что касается того бардака, о котором вы говорите, все это прошло мимо меня, и я мимо него.

В возрасте 22 лет я возглавил предприятие-банкрот — Кожевенно-шорный комбинат в Кременчуге. Получилось это так: в 16 лет, учась в 11 класе, я создал общественную организацию «Украинская лига молодых предпринимателей». Она была очень успешной. За время моей студенческой жизни успел познакомиться с сейчас известными политиками, такими как Юра Мирошниченко, Виталий Хомутынник. Их всех поддерживал Анатолий Кириллович Кинах. Не финансово.

Читайте: Ольга Богомолец: Если расслабимся — будет катастрофа

— Как так получилось?

— У меня очень простая семья — я из села. Блестяще учился в школе. Победил на международном экономическом конкурсе в Киеве. Разумеется, появилось желание создать некую общественную структуру. Я это сделал с людьми, с которыми познакомился в поездках по стране. Это дико слышать, но в таком возрасте я ездил по стране, знакомился с предпринимателями, у нас была большая команда, представители в каждом регионе стране и практически во всех городах. Причем мы сами находили деньги для самоорганизации, уже тогда готовили законопроекты.

Кстати, наша организация стала подписантом исторического документа между бизнесом и властью — Хартии предпринимательства. Ее подписывали Кучма и семь ведущих организаций страны: организация Кужель, Кинаха, Козаченко, и в том числе моя Украинская лига молодых предпринимателей. Тогда мне было 18 лет. После этого Александра Владимировна Кужель пригласила стать ее советником. Она возглавила Государственный комитет по развитию предпринимательства. Вместе с ней занимался созданием упрощенной системы налогообложения, общественной палаты при Госкомпредпринимательства.

Сотрудничая с Анатолием Кирилловичем (Кинахом. — Н.Ю.), я, понятно, вошел в Партию промышленников и предпринимателей, более того, меня пригласили в политсовет.

Для чего мне это было нужно? Исключительно как возможности для коммуникации. Поверьте, в то время коррупционная пирамида была очень специфической.

— Почему была. Разве сейчас нет коррупции?

— Была и есть, а потом развилась. Раньше зарабатывали в основном те, кто был наиболее приближен к президенту и его окружению.

Я получил огромный опыт в области развития предпринимательства, завел прекрасные отношения с новоизбранным мэром Кременчуга Николаем Владимировичем Глуховым. Он действительно хотел реформ и предложил мне и моей команде сохранить завод. Единственное, что после всего группа Жеваго прибрала его к рукам, но мы ни на что и не претендовали. Это не было бизнесом — команда, можно сказать, пробовала свои силы.

 

«Запрос на молниеносные перемены»

— Вы рассказали о прекрасном взаимодействии власти и предпринимательства. Но почему же страна так живет?

— За 22 года у нас не появилась настоящая политическая конкуренция, соответствено, не было перезагрузки. Лишь в последние годы в парламенте начали появляться новые группы.

— Но в стране все равно ничего не меняется.

— Эти люди не меняют систему, тем не менее и они в системе не меняются. События на Майдане стали во многом возможны благодаря новым силам в парламенте. Они заняли четкую позицию, что не должно быть уступчивых переговоров с Януковичем. И я всегда выступал против договоренностей с властью.

— Если бы политики договорились и нашли иной выход из ситуации, возможно, не было бы кровавых событий?

— Это не так. Есть настроения людей, а они больше не могли терпеть насилия по отношению к себе. Насилия коррупции и насилия субъективного со стороны президента. Ведь это было насилие, когда в такой великой стране, как наша, президент — человек с несколькими судимостями, не владеет ни проблематикой…

— …Простите, вы сказали о перезагрузке. Разве она произошла?

— Перезагрузка не могла произойти так быстро. Президентские выборы принципиально поменяли страну, ведь люди дали оценку не политическим силам, а первой десятке ключевых политиков. Это сигнал, что Украина в поисках нового лидера.

Позиция Петра Порошенко — протест против политиков третьего сорта.

Читайте: Олег Маслюк: «Літери вивчили, а досі читаємо буквар»

— Вы считаете Порошенко политиком первого сорта?

— Он — оптимальная кандидатура.

— Мнение многих людей, что нам предоставлен выбор лучшего из худших…

— Таков выбор везде: и в Европе, и у нас. Ни в одной стране мира нет тотального доверия к политикам.

— Но уровень жизни в европейких странах несравним с Украиной, которая находится на последних строчках всевозможных рейтингов…

— Да, однако степень недоверия к политикам примерно такая же высокая, как и у нас.

Сегодня весь советский политикум исчерпал свои попытки. Это были последние выборы для этих 20 кандидатов. Следующий состав кандидатов исключительно новые лица. Когда будут следующие президентские выборы, все будет зависеть от эффективности нового президента. Сейчас запрос на молниеносные перемены.

— Скажите, Коммунистическая партия должна остаться в прошлом?

— Природа ненависти к коммунистам заложена в преступлениях до и после Симоненко. Симоненко всегда был бизнес-партнером Януковича. У коммунистов один шанс — переизбрать руководителя фракции. В партии есть люди при памяти. Если Оксана Калетник выйдет замуж, поменяет фамилию, и ее изберут руководителем партии, думаю, тогда у КПУ будет шанс преодолеть 4-процентный барьер.

— А смысл существования коммунистов? Для своего стабильного электората бабушек и дедушек?

— По большому счету, смысла нет. Но порядка 30 процентов граждан Украины готовы присоединится к позициям социалистическим, коммунистическим, социал-демократическим. Это уникальная возможность для появления новых лидеров с «левыми» идеями. У нас появится много «левых» проектов, но ни один не будет успешен. Почему? Потому что лидеру, который будет социально ориентирован, нужна история. Я, понимая это и зная хорошо историю стран, в которых проходили реформы, не позволю этим политикам спекулировать на «левой» идеологии. Более того, мы инициировали и уже добились успеха, создавая профсоюз простых людей. Это будет очень большой национальный профсоюз, который объединит учителей, медиков, врачей, шахтеров и т.д. Профсоюз должен стать приводным ремнем между народом и правительством.

 

«Предлагаю смертную казнь за преступления против государства»

— Ваше мнение о событиях на востоке Украины?

— Это будет продолжаться следующие пять лет в той или иной форме, пока Путин будет руководить Россией. Это сражение политических проектов — народа Украины, объединенного в европейскую страну, и проекта Путина, который называется СССР (о). Как СДПУ (о).

Когда говорят о том, что в схватке учавствуют американцы, — поверьте, чушь. Если бы Обама действительно играл, мы бы имели очень серьезные прецеденты с санкциями против ближайшего окружения Путина. Задушить Путина возможно одним движением международного сообщества, но, видимо, у мира нет особого желания помочь украинскому народу.

Читайте: Егор Фирсов: «Украинский Донецк — дело будущего, а не настоящего»

— Может, ответ в российских капиталах, которые работают на Западе?

— Не в этом дело. Скорее всего, дело в политической незрелости лидеров больших стран.

— Значит ли, что экономический спад в Украине будет продолжаться ближайшие пять лет?

— Открытой войны, которую мы видим сейчас, безусловно, все пять лет не будет. Но напряжение будет.

— Или после выборов все наладится?

— Все будет зависеть от одного человека. Если со стороны Порошенко будет понимание, что мы живем и следующие несколько лет будем жить в условиях антитеррористической операции, он прислушается, в том числе, к моим предложениям.

В парламенте я зарегистрировал антитеррористическую доктрину. У нее несколько базовых заключений.

Первое: ужесточение наказания за преступление против государства и его безопасности до введения смертной казни. Это безусловно непопулярный путь, который противоречит нашим международным обязательствам. Однако не противоречит ли международным обязательствам нарушение Будапештского меморандума, которым нам гарантировали безопасность?

Второе: существенное увеличение финансирования вооруженных сил, и особенно разведывательной и контрразведывательной деятельности. Сейчас практически 15 процентов государственного аппарата — шпионы, представители иностранных спецслужб.

Третье: начало дискуссии по возвращению Украины ядерного статуса или требования возмещения нашей стране порядка 40 миллиардов долларов за потерю ядерного оружия. Именно столько нам нужно, чтобы восстановить относительную боеспособность нашей армии. Я подчеркиваю, что в России бюджет армии составляет порядка 73,5 миллиарда долларов. В Украине — 2. Следующая война не будет войной населения — это будет война технологий, позиционирования и война друзей.

Читайте: Борис Филатов: «Люди разделены непониманием, а цели у всех похожи»

Четвертое: волевое решение о бытовом вооружении людей.

Пятое: очистка государственных органов власти — переизбрание парламента, принятие законов о борьбе с коррупцией.

После президентских выборов начинаю тур по Украине с целью формировать штабы для побуждения Верховной Рады уйти в отставку. Я считаю, что у парламента нет политической воли прислушаться к своим гражданам и просто уйти, как Рыбак или Азаров например.

Есть дискуссия по поводу избирательной системы. Скорее всего, нужна пропорциональная система с открытыми списками, чтобы люди могли голосовать и за тебя, и за твою партию.

Кроме прочего, я считаю, что должно быть создано министерство пропаганды. Причем не пропаганды в геббелевском понимании, а в понимании защиты и продвижения ключевых ценностей.

— Пакет законов должна принимать переизбранная Рада?

— Эта Рада не сможет принять прогрессивного закона. Каждую неделю парламент должен принимать 30—40 законопроектов. Но политической воли нет.

— Что будет с Тимошенко?

— Будет заниматься домашним хозяйством.

— Серьезно? Юлия Владимировна очень яркая личность и дома сидеть не будет, вы же понимаете.

— Своей яркостью она будет освещать окружение, но не народ Украины.

— Может, она будет в оппозиции?

— Да, так же, как Мороз. Процесс смены элит невозможно остановить.

 

«В Киеве вырастим нового президента»

— Какой вам видится политическая карьера Виталия Кличко?

— У Кличко очень низкий антирейтинг. За то, что он уступил Порошенко дорогу в президентской гонке, ему нужно вручить премию. Была одна страна в мире, по отношению к которой принимался стереотип: одна булава — три гетьмана. Кличко — первый политик за всю историю Украины, который уступил. Виталий пошел на исторический компромисс, прежде всего с самим собой. Он мог так же, как и Юлия Владимировна, продолжать борьбу. Более того, Кличко мог победить — у него есть возобновляемая поддержка.

После революции была большая эмоциональная волна к Порошенко. Петр Алексеевич — харизматичный лидер, грамотный, с опытом, с «5 каналом». Эта эмоция оставила только след. Сейчас появился новый враг — Путин. И запрос на типаж Кличко очень высок: он реализовался бы благодаря поддержке людей.

С Кличко много часов разговаривали на эту тему. К моему удивлению и восхищению, Виталий говорил не о том, какие бонусы получила партия или окружение, он говорил о своей стране, о принятии решений.

Я бы обращал внимание на его антирейтинг. Он самый низкий среди политиков. А это значит, что при желании и хорошей работе руководителем столицы — а он должен стать не хозяйственником, а лидером, объединить и сформировать новые элиты — Кличко вернет себе высокий уровень доверия. Киев — это горшок, в котором мы вырастим себе нового президента. Через несколько лет вы получите Кличко не только как харизматичного лидера, умеющего блестяще выступать, вести заседания отраслевого значения, вы увидите еще и человека, который знает, где начинается труба и где она заканчивается.

— Но главное, что люди доверяют Кличко в первую очередь как любимому спортсмену.

— Это неправда.

— Разве?

— Кто такой политик? Это тот человек, за спиной которого нация может стать в борьбе с экономическими проблемами, врагом, человек, который может повести. Я думаю, что он перерос статус полуспортсмена-полуполитика. Виталий давно чистый политик.

Уйти в пользу Порошенко — спортивный или политический шаг?

Читайте: Наталья Юсупова: Добро должно быть с кулаками

— Бытует мнение, что они договорились.

— И все-таки, спортивный или политический шаг?

— Политический. Но знаете, если анализировать политический опыт Порошенко, Кличко и Тимошенко, Виталий менее компетентен.

— Я скажу очень непопулярную вещь: экономика — самая простая и линейная из всех существующих наук. Ни один великий экономист вам не скажет, что я не прав. Рецептов возобновления мощи Украины — масса. Дело в ином: ты договоришься с людьми или не договоришься. Дадут ли тебе люди время на реализацию своего сценария? Вот только в этом заключается миссия любого политика.

В свое время Тэтчер смогла договориться. Черчилль смог. Они ведь тоже не были семи пядей во лбу или лауреатами Нобелевской премии в области экономики. Смог договориться Ли Куан Ю в Сингапуре.

Кстати, о Ли Куан Ю. Как-то он сказал моему знакомому дипломату интересную вещь. Что Украина — уникальное государство для реформ. Украине нужно ровно 15 лет, чтобы оказаться в первой тройке европейских стран. Но этому есть одно препятствие, как бревно на скоростной трассе. У этого препятствия есть фамилия, имя, отчество. От себя добавлю, что это препятствие, кроме всего прочего, баллотировалось в президенты Украины.

 

«То, что предлагает Яценюк, вызывает смех»

— Как вы относитесь к таким личностям в политике, как Ольга Богомолец, у которой нет политического опыта?

— С Олей давно знакомы, мы приятели. Она — это акцент. Или восклицательный знак. Те, кто будет приходить в политику с целью победы, а не участия, с целью стать президентом, а не пытаться это сделать, пусть помнят: они должны быть еще и немножко Ольгой Богомолец. Это главная ее миссия в этой ситуации.

— Вы говорите о перезагрузке страны. Как должно меняться гражданское общество?

— Гражданское общество не может меняться отдельно от государства. В Европе и Америке есть общая проблема — абсентеизм, когда люди отказываются приходить на выборы. Когда власть нерепрезентативная — это большая проблема. Такие больные места есть у каждого общества. У нас они иного плана. В Украине должно быть намного больше политиков, которые откровенно заговорят о новой национальной амбиции — чтобы моя страна через 15—20 лет стала номер один в Европе. Эта мечта одинакова на востоке, на юге, в Крыму и, например, у меня. Мечтая одинаково, мы сможем победить покупку голосов за 200 гривен. Хотя на покупку голосов нужно по-философски смотреть, ведь взяв деньги, человек голосует против всех.

Нужно понимать, что без реформ мы не построим новую страну. Но сложность реформ — это ведь не только вывернуть наши карманы. Это еще и мировоззренческие изменения, структурные изменения в экономике, усилия, направленные на то, чтобы отдать и трудиться. Для всего этого обществу будет нужен очень сильный лидер.

То, что сегодня Яценюк предлагает, у меня вызывает смех, потому что это просто новый крой бюджета, Налогового кодекса. Яценюк умудрился стать послом Украины в Международном валютном фонде. Но не премьер-министром Украины.

Вообще-то он — первое лицо в стране, он должен был в свое время возглавить антитерорристическую операцию: в статье 4 Конституции Украины о борьбе с терроризмом написано, что ответственность за меры пресечения возложены на премьер-министра и правительство Украины. И это не только путешествие с «Мерседеса» в кабинет губернатора Донецкой области.

Я недавно зарегистрировал проект постановления о выездном заседании Верховной Рады Украины в Донецке. Ждал, что Турчинов вынесет его на голосование, и мы поедем. Нужен серьезный диалог, а не круглые столы. Тем более не с президентами — это же они родили этого, извините, нездорового ребенка! Представьте, за всю историю страны не проведено ни одного выездного заседания правительства в Крыму! Программа развития Крыма была? Не было, дерибанили. А Восток — чем он был для каждого нового президента? Я там работал, в меня стреляли, извините, грабили наши офисы, уничтожали государственные предприятия. Эти люди хотят не философию правительства и президента — они ждут, чтобы к ним сейчас приехали и сказали, когда отремонтируют в Славянске вот тот поворот на дороге, когда в больнице будет горячая вода, или когда в Алчевске по утрам перестанут убирать снег, чтобы никто не увидел слой выбросов от Алчевского комбината.

 

— Каковы ваши политические амбиции?

— Лидерство Украины в Европе.

— Конкретнее.

— Практическое выражение может быть совершенно разным. Абсолютно искренне об этом говорю. Если я скажу, что не хочу быть президентом, вы, наверное, мне не поверите; а отвечу утвердительно — в этой ситуации посчитаете меня «неправильным» политиком.

Я готов на любые компромиссы с собственной ролью в истории. Единственная амбиция, чтобы в учебнике по истории обо мне плохо не написали, и чтобы я точно понимал, что через какие-то 50 лет все, что планировал сделать, чтобы Украина стала хозяйкой Европы, было сделано. Этот путь очень тяжелый. Нужно очень много мудрости народу и политикам, чтобы его пройти.

28 мая 2014, 20:28
41
Версия для печати Отправить
«   »
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс

Новости

23:4622:4721:3620:4118:5616:2314:2913:0112:2312:1410:469:599:268:4323:4622:4721:4620:4118:5616:3216:2314:2913:3312:4712:03
Все новости »

Другие рубрики